Египетскому походу 1798–1799 гг. принадлежит особое место в биографии Наполеона Бонапарта. На протяжении всей своей военной и государственной карьеры и с удвоенной энергией после ее завершения Наполеон заботился о том, какую память оставит о себе в истории. И Египетская кампания являлась для него поистине ахиллесовой пятой, предоставляя критикам немало возможностей бросить тень на его героический образ. Поэтому Наполеон и посвятил ей отдельные мемуары, постаравшись представить все тогда происходившее в наиболее выгодном для себя свете. Их лейтмотив таков: Бонапарт разбил на поле боя всех врагов, подчинил себе страну, замирил её, создал эффективно работавшую администрацию и нашёл полное взаимопонимание с местными жителями. Однако обращение к другим источникам даёт совершенно иную картину взаимоотношений французов и египтян в первые месяцы оккупации Каира, чем та, которую представил в своих мемуарах Бонапарт. Систематическое оскорбление оккупантами религиозных чувств приверженцев ислама, непрестанный террор со стороны новых властей, спровоцированное французами обострение межконфессиональных противоречий в египетском обществе, попытка радикального изменения отношений собственности и порядка налогообложения без учета существующих реалий и, наконец, агрессивное привнесение в повседневную жизнь мусульманского общества чуждых тому практик поведения – всё это способствовало накоплению у египтян того недовольства, которое в результате и привело к социальному взрыву Первого Каирского восстания. Ситуация в египетском обществе была бесконечно далека от той гармонии, которую в своих мемуарах нарисовал Бонапарт. Его попытка завоевать симпатии жителей Египта на самом деле полностью провалилась.
